Оценка готовности к школе (интервью с Безруких М.М.)

Беседа Артема Соловейчика (ИД "Первое сентября") с БЕЗРУКИХ Марьяной Михайловной

на Всероссийском педагогическом марафоне учебных предметов в День дошкольного образования.

Почему возраст по метрике не может быть критерием необходимости начала обучения в первом классе, а у родителей дошкольников завышенные ожидания?

Помогает ли ребёнку подготовка "по Доману"?

Для чего необходимо создавать и внедрять Систему работы с родителями?

Смотрите видео или читайте стенограмму записи.

 

 

 

Ведущий:

Мы продолжаем репортажи из этой студии всероссийского педагогического марафона учебных предметов. В этом году мы проводим его в  тринадцатый раз. Сегодня день дошкольного образования. И Марьяна Михайловна Безруких у нас здесь сегодня встречалась с воспитателями, заведующими детских садов и даже с учителями начальной школы, потому что преемственность между детским садом и школой выстраивается из всяких обвинений. Марьяну Михайловну  я представлю: это доктор педагогических наук, профессор, действительный член Российской Академии Образования, директор института возрастной физиологии РАО. И вообще, многое, что делается сегодня в начальном, дошкольном образовании, делается под руководством Марьяны Михайловны в институте.

Сегодня наша встреча называлась очень просто, это то, что волнует родителей и воспитателей, - «оценка готовности к школе». Я хотел бы, как родитель, чтобы ребёнок, когда идёт в школу, умел читать, писать, говорить по-французски, по-английски, умел себя вести, держал вилку в левой руке, а нож – в правой…Что, есть и другие оценки?

М.М.:

Я должна вам сказать, что у вас завышенные ожидания, как и у многих родителей. Родители очень многого хотят, на самом деле можно добиться очень многого, но родители действуют неадекватно. Их требования чрезмерны, а чрезмерные требования приводят к тому, что ребёнок начинает отказываться от того, что ему предлагают. Он не хочет ни читать, ни писать, ни учить французский, ни держать вилку в левой руке, потому что жёсткие требования родителей и постоянные неудачи, потому что от ребёнка требуют то, что он сегодня еще не может (это не значит, что он вообще этого не сможет, он сегодня не может), а родители, как правило, недовольны тем, что он не может. Родители спешат, они чересчур требовательны, у родителей не хватает возможностей и знаний для того, чтобы выстроить адекватно систему требований, не требовать сразу то, к чему ребёнок должен прийти постепенно.

Мы за последние три года провели большой популяционный срез, для того, чтобы понять, какой он – современный дошкольник, приходящий в школу. У нас почти 60000 детей в разных регионах – дети 5-6 лет, т.е. это достаточно узкая группа, и  60000 – это огромный популяционный срез. Подобных исследований не проводилось никогда, мы ведём комплексную диагностику  и сегодня можем сказать, как сформированы речь, организация деятельности, память, внимание, восприятие, мышление, каково физическое развитие и здоровье, эмоциональное развитие. Я скажу вам вещь, совершенно потрясшую нас в прошлом году, когда мы проанализировали первую большую группу данных, больше 20000 детей. Начали мы с эмоционального развития и оказалось, что единственная эмоция, которую дети хорошо различают, знают, как она проявляется у них, у взрослых, отчего возникает…Как вы думаете, какая? Страх. И это ужасно. Это говорит о том, что мы «забиваем» детей, мы не даём им дышать, мы действуем «палочным» методом, даже если физически не трогаем детей, но психологическое «битье» бывает гораздо сильней, чем шлепок по попе. Это нас не просто удивило, мы стали анализировать, что происходит, и оказалось, что социокультурная ситуация, в которой растут сегодняшние дети, за последние 15 лет очень изменилась. Во-первых, значительная часть детей не ходила в детский сад, до 40% детей было в детском саду. Т.е. дети росли дома, под наздором, без надзора, с родителями, жёстко требующими. Во-вторых, это очень сильное социальное разделение. Мы всегда считали, что социально неблагополучная семья – это семья с низким образовательным цензом, низким материальным достатком, где пьющие родители, - там детям некомфортно. Но трудно было представить, что в семьях, где родители с очень высоким образовательным цензом и материальным достатком, ситуация социальной депривации почти такая же, как в семьях социально неблагополучных. Почему? Родители детьми редко занимаются, как правило, это няни, педагоги и воспитатели, которые часто меняются и у которых разные требования, они хотят угодить родителям, не думая о ребёнке. А требования к ребёнку – это требования соответствовать определённому представлению родителей, как представление о дорогом автомобиле, хорошем доме, а значит – это английский, французкий, читать-писать-считать как можно раньше. Но я должна сказать, что «как можно раньше» - вещь физиологически невозможная, ребёнок готов к чтению и письму после пяти лет. Если мы начинаем требовать раньше, мы формируем нежелание, отказ, протест; больше того, ребёнок чувствует себя неудачником. Представьте себе ситуацию: он не может, а от него требуют. У меня есть пример  ребёнка: у четырёхлетней девочки очень требовательный папа, он требовал, чтобы няня заставляла ребёнка читать; ребёнок ногти съел до крови, т.е. ребёнка довели до невроза. Она умеет читать, но как только ей говорят: «Почитай!», она говорит: «Я не умею». Она ни разу не почитала папе, а с няней она читает. Это то, что нарушает нормальное развитие: и эмоциональное, и интеллектуальное, и физическое.

Ведущий:

Это родители. А наша система образования осознала это или нет?

М.М.:

Плохо осознала. Я вам приведу пример. Я не могу говорить, что новый ФГОС уж очень хороший, но, хотя бы на словах, там декларируется внимание к ребёнку, его потребности, доброжелательному отношению. Нет образовательных областей, есть направления развития, т.е. уже нет уроков письма, счёта, нет «должен». Среди обтекаемых слов есть то, чего ребёнок достичь всё равно не сможет. Я сочла своим долгом выделить это, там есть фантастическая вещь: ребёнок должен уметь в соответствии со своими знаниями выбирать что-то, оценивать… Для дошкольника это вещь недостижимая. Но хотя бы уже не будет дрессировки, не будет прописей в детском саду.

Ведущий:

М.М., стандарт так говорит, но ведь школа всё равно ждёт готового ребёнка.

М.М.:

Вы знаете, школа всё время ждёт от детского сада готового, но ей деваться некуда. Конечно, лицей и гимназия будут отбирать, родители будут заставлять детей. Если мы хотим читать, писать и считать, то может, мы пойдём не в 6,5, а в 7,5? И тогда он будет писать, читать и считать, и будет спокойно учиться в лицее, и учить иностранный язык в первом классе.

Ведущий:

А вот этот год, который родители так боятся потерять, он на самом деле такой ценный?

М.М.:

Он не просто ценный. Я знаю множество детей, которые пришли в школу позже, а старшую школу заканчивали экстернатом. Они не теряли ничего. Этот год нужен и для физического, и для психологического, и для эмоционального развития. Ведь в школе начинается гонка с препятствиями, в которой остановиться нет времени и сил. Поэтому я думаю, что то, что сейчас происходит на этапе дошкольного образования, это обращение к ребёнку, большее внимание к ребёнку, меньше к бумагам, хотя, конечно, бумаги остаются. Моя задача – выстроить программу, по которой будут работать педагоги, таким образом, чтобы она им не мешала, а помогала.

Ведущий:

Я несколько лет назад попал в Лос-Анджелес и видел там объявление: «Школа молодого гения». Я выяснил, что это наши люди, переехав туда жить, открыли там такую школу. С трёх лет можно попасть в неё, пользуется огромной популярностью. На самом деле, это универсальная вещь, многим родителям кажется, что, во-первых, мой ребёнок гений, только нераспознанный, во-вторых, хорошо, что есть такая школа, где из него сделают гения. Что из него сделают, неизвестно, но мы знаем, по статистике, даже школьные результаты, связанные с жизненными результатами, - не прямая корреляция.

М.М.:

Вообще нет никакой корреляции. Троечники – самые успешные люди. В начале шестидесятых американцы раздавали за доллар книжечку «Как сделать своего ребёнка гением». Основоположником этого был Глен Доман; у него много сейчас последователей, но они не читали ни одну его работу, потому что у них есть идея «читать раньше, чем ходить», а у Глена Домана первые три года – это речь и движение, и это правда. Дальше, конечно, он занимался дрессировкой, но это вот Сезанн, Ренуар, а потом ребёнка спрашивают: «Где Ренуар?», а он говорит: «Вот Ренуар». Эйфория! Наш ребёнок… Это дрессировка. Так за банан обезьяна нажимает кнопку. Это самый неэффективный путь, самый эффективный – это путь размышления, путь взаимодействия, когда ребёнок ищет и находит. У нас этого нет совсем: посмотри, подумай, отчего, почему? У нас не хватает времени с ребёнком поговорить, то, что сказал родитель и воспитатель – истина в последней инстанции. Я сегодня просила воспитателей и педагогов научить детей просить помощь и говорить открыто: «Не понимаю». Дети этого боятся. И с родителями то же самое. Какой родитель объясняет 3-4 раза спокойно? Он говорит: «Ты что, балбес? Я тебе уже объяснил». Поэтому я думаю, что задача специалиста – не только работа с педагогами, это и работа с родителями. Причём эта система просвещения родителей – это то, о чём я мечтаю уже десятилетие. Не вырастает нормального поколения детей, если не работают с родителями. Очень важно вырастить хотя бы одно поколение родителей. Несколько лет тому назад, когда в совете Федерации обсуждался вопрос об отце-герое, матери-герое и каких-то мерах по поддержке семей, просвещении семей, я предложила сделать трёхтомник: ребёнок от нуля до трёх, от трёх до шести, от шести до шестнадцати. И каждой маме вместе с родовым сертификатом вручать такой трёхтомник, хотя бы как начало. А вот следующим шагом у нас телевидение, радио. Я часто бываю на телевидении и радио, в прошлом году записала 80 телевизионных программ по заказу ВГТРК. Этого мало. Нужна система, хотя бы года 3, работы с родителями, когда мы отвечаем на их вопросы, когда мы обсуждаем проблему, не в ток-шоу, а когда ты 15 минут выделил на проблему, и 15 минут ты эту проблему рассказываешь. Кому-то это сегодня не нужно, он, может быть, услышит её в третьей итерации, в четвёртой; кому-то это важно. Родители очень интересно ищут информацию: им нужен ответ на конкретный вопрос.

Ведущий:

Я сейчас скажу, почему. Потому что думаешь: «С чего начать?». Если мы имеем дело с человеком боящимся, он ни на что не способен. Когда мы боимся, всякое, что мы делаем, мы думаем: «Это прибавляет страх или убавляет?».

М.М.:

Страха не должно быть вообще. В общении ребёнка со взрослыми не может быть страха. Я вам хочу сказать, что, по характеристике всемирной организации здравоохранения, к категории насилия над детьми относятся: речевые атаки, психологическое унижение, неадекватные требования – всё то, что в арсенале наших родителей. Когда я говорю об этом родителям, мне говорят: «Да ладно, палкой не бьём, на горох не ставим в угол». И очень часто говорят: «А меня били, и я вырос». Есть статистика: человек, которого били, будет бить своих детей. Поэтому нам надо как-то разорвать этот порочный круг. Хотя бы одно поколение должно вырасти тех, кто улыбается детям.

Ведущий:

Мы сами ещё не знаем, как жить без страха. Мы не можем достучаться, не можем что-то сделать, у нас нет терпения.

М.М.:

Может, начать как раз с детей. Я не люблю слово «терпение», знаете, почему? Потому что в русской культуре терпение – это «на себя наступить», «себя преодолеть». В общении с ребёнком этого быть не должно. Доброжелательное отношение, спокойствие, а не терпение. Просто семантика слова в нашей культуре – это напряжение, преодоление себя. Если ты по отношению к ребёнку думаешь: «Я должен потерпеть»,  - это плохо. Нельзя себя ломать, надо просто быть открытым, доброжелательным, спокойным. Но для этого нужны знания о ребёнке. Мы так жили много десятилетий.

Ведущий:

Что-то нас сжимает в этой жизни, мы волнуемся, переживаем. Кажется, что если сейчас не сделаю, потом что-то случится. А это неправильно. Кажется, что если я сейчас не сломаю ребёнка, дальше его жизнь не сложится.

М.М.:

Вы сказали ключевую фразу: «Не сломаю». А если сломаете, всё потеряно. Чем жёстче эта пружина неадекватных требований, которую родители закручивают в дошкольном возрасте, тем сильнее эта пружина распрямляется.

Ведущий:

Спасибо вам огромное, Марьяна Михайловна. Мы ведём репортаж с 13 всероссийского педагогического марафона учебных предметов. Это день дошкольного образования. Сегодня у нас очень много пришло педагогов, кажется, что разговор идёт по кругу.

М.М.:

Нет-нет, это очень важный разговор. Иногда кажется, что это какие-то мелочи, но в развитии и воспитании ребёнка мелочей нет. Из мелочей всё и складывается.

 

Расшифровка текста видео (стенограмма) подготовлена Кунаровой Еленой.

Всего комментариев: 0
avatar